Есть ли будущее у гагаузской литературы?

виктор копущу
0

Председатель общественного объединения «Aydınnık», редактор газеты на гагаузском языке «Hakikatın sesi» Виктор Копущу в своем блоге опубликовал размышления о гагаузской литературе. Он напрямую связывает вопрос развития литературы и языка с городской культурой и благосостоянием населения. Портал GagauzMedia приводит полный текст с kopuzsesi.wordpress.com. Стоит отметить, что в газете «Hakikatın sesi» публикуются литературные произведения на гагаузском языке, а общественное объединение «Aydınnık» не раз издавало сборники литературных произведений также на гагаузском языке.

«Вопрос развития гагаузской литературы теснейшим образом связан с вопросом выживания гагаузского языка. Поэтому было бы хорошо начать с размышления о языке. Рубеж 50‒60-х гг. прошлого века может войти в историю гагаузов как период «интенсивного роста» гагаузского языка на территории бывшей Бессарабии. Этот процесс был инициирован извне (в основном, не гагаузами), потому что до этого времени у гагаузов официально не было своей письменности.

За короткий промежуток времени было сделано много: разработан алфавит на основе кириллицы, утверждены правила правописания, были составлены учебники на гагаузском языке с первого по третий классы начальной школы, а также учебники по родному языку для этих и более старших классов. Стали выходить фольклорные и авторские произведения, гагаузский язык стал языком периодической печати.

Скачку 50‒60-х гг. предшествовал период «всходов» гагаузской литературы. Первым из гагаузов, кто осознал важность издания и распространения литературы на гагаузском языке, был гагаузский священник Михаил Чакир. Несмотря на то, что он не был горожанином по рождению, с десятилетнего возраста его образование и становление как личности проходило в Кишиневе.

Михаил Чакир как просветитель ‒ детище городской культуры. Вернись он после окончания семинарии на родину, неизвестно, стал бы он тогда инициатором гагаузского книгопечатания и автором многих переводов. Чакир продолжил это дело и в межвоенный период. С его смертью в 1938 г. публикации на гагаузском языке прекратились.

Для того чтобы из среды гагаузов взрастить второе поколение носителей городской культуры понадобилось около двадцати лет. Благодаря усилиям Н. К. Дмитриева и его учеников, среди которых особо следует выделить Л. А. Покровскую, а также некоторых представителей интеллигенции Молдавской ССР, в том числе гагаузов, получивших высшее образование в советских городах, гагаузский язык стал литературным языком. Стала появляться художественная литература на гагаузском языке.

Один из основателей гагаузской литературы Д. Н. Кара Чобан, несомненно, был представителем городской культуры. Кроме литературы, он занимался еще множеством дел, которые никогда не были свойственны гагаузской культуре, которая была и, к сожалению, остается сельской, ‒ писал картины, занимался скульптурой, собирал экспонаты для музея, открытого им же, снимал короткометражные фильмы и сцены из жизни гагаузов того времени.

Кроме Кара Чобана, носителями городской культуры были покойные Д. Н. Танасоглу, Н. И. Бабоглу, С. С. Курогло, М. В. Маруневич, Г. А. Гайдаржи, Е. К. Колца, Б. П. Тукан, Ф. А. Ангели и др.

За ними последовала следующая волна гагаузских писателей и ученых, которые стали писать на гагаузском языке. Они тоже являются горожанами по культуре.

Во второй половине XX в. у гагаузов появились свои города, выросшие из сел. Кроме трех городов, получивших официальный статус, разрослись до огромных размеров несколько сел, которые стали предметом гордости.

Однако, традиционная культура бессарабских гагаузов, по сути, и форме является сельской. Календарные праздники связаны с сельскохозяйственным и скотоводческим укладом жизни, кулинарные традиции сельского типа ‒ что имеем в хозяйстве, то и готовим, строительство ‒ одноэтажный дом с хозяйственными постройками и скотным двором, традиционная одежда, утварь и большинство предметов быта ‒ домашнего производства.

Гагаузский язык традиционно язык сельского жителя, в котором для обозначения животных существует масса гагаузских слов, а такие слова, как «книга», «ручка», «школа» и др., ‒ заимствованы из других языков.

Чтение ‒ это роскошь, которую сельские жители в большинстве не могли себе позволить. Даже к началу 20 в. в гагаузских селах грамотных людей было очень мало.

К середине столетия очень мало было выпускников высших учебных заведений. Гагаузский университет появился лишь в 1991 году. На этом фоне становится ясно, что у гагаузов не было никаких шансов иметь свою устоявшуюся литературу.

Для появления и развития литературы не было городов, в которых могли быть необходимые условия для появления профессиональных писателей и читателей. Если для создания литературы достаточно ограниченное количество пишущих людей, то для ее дальнейшего существования нужны тысячи читателей.

А в Гагаузии наблюдается отсутствие не только среднего класса, но и читательского. Если на русском языке какая-то литература еще востребована, то читать на гагаузском языке предпочитают очень и очень немногие. Отсюда проблема экономического характера: отсутствует спрос, отсутствует и предложение. На этом фоне появление любого издания на гагаузском языке, даже самого примитивного с художественной точки зрения, воспринимается как событие национального масштаба.

Отсутствие культуры чтения сигнал того, что гагаузы еще не восприняли городскую культуру. Городская культура не появляется по росчерку пера, когда село или поселок получает статус города. Это долгий и сложный процесс.

Жители должны почувствовать потребность ходить в театр, которых в Гагаузии два, но оба не имеют своих зданий; читать литературу, которая бы продавалась в соответствующих магазинах; гулять в красивых парках, которых в Гагаузии пока не существует. Для появления таких потребностей, а также для их удовлетворения горожане должны быть материально обеспечены. А с материальным обеспечением населения в Гагаузии ситуация тоже плачевная.

Гагаузы настолько отстали в этом деле от своих близких и дальних соседей, что имеют все шансы никогда не пройти это процессы: урбанизация ‒ появление горожан ‒ развитие городской культуры.

Конечно, гагаузы могут и сегодня жить в больших городах, и тем более в будущем будут жить, но эти города не будут гагаузскими. Культура этих городов не будет гагаузской, тем более ‒ в этих городах не будет литературы на гагаузском языке.

У гагаузской литературы нет никакого будущего вне гагаузской городской культуры. Вне гагаузской городской культуры нет будущего и у гагаузского языка, и у гагаузского народа. Может быть, в век информационных технологий гагаузам удастся освоить виртуальную урбанизацию? Читать книги в приложениях, смотреть спектакль в интернете, учить язык по скайпу ‒ сегодня уже можно. Но вот можно ли будет пообедать в виртуальном ресторане, проехать по виртуальной дороге, подключиться к виртуальной канализации?»

Вам также могут понравиться
Комментарии
Loading...